На главную Консультация Подать иск Подать жалобу Выезд юриста Форум
Регистрация ООО Регистрация ЗАО Регистрация АО Регистрация ИП Иностранное ЮЛ
Работа юристам О компании Контакты Карта сайта
ОБЩЕРОССИЙСКИЙ  ЦЕНТР  ПРАВОВОЙ  ПОДДЕРЖКИ



Рейтинг@Mail.ru
Яндекс.Метрика
Общероссийский центр правовой поддерки
Россия / Москва
Участие прокурора в делах о приведении в исполнение и оспаривании  решений третейских судов
в рамках российской судебной системы.
Распространяет ли арбитражная  оговорка свое действие на прокурора, который по каким-либо причинам желает  вступить в процесс, проходящий в российском государственном суде и связанный  с международным арбитражем. Однако, это не единственный вопрос, который  может вставать в связи с процессуальными правами российских прокуроров по  этой категории дел.  Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 марта  2012 г. № 15 «О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе»  предусмотрено следующее:  «4.  При  обращении  прокурора  в  арбитражный  суд  по  делам,  перечисленным в абзацах втором и третьем части 1 статьи 52 АПК РФ, если  в договоре содержится положение о передаче споров из этого договора на  рассмотрение третейского суда, прокурор обязан обосновать, каким  образом нарушаются публичные интересы в связи с заключением данной  сделки.  Арбитражный суд оставляет заявление прокурора без рассмотрения  применительно к пункту 5 части 1 статьи 148 АПК РФ, если установит, что  оспариваемой сделкой не нарушаются публичные интересы, на которые  указывает прокурор в своем обращении.  5. В случае если после принятия арбитражным судом заявления прокурора  к производству и возбуждения производства по делу, стороны в  соответствии с частью 6 статьи 4 АПК РФ заключили соглашение о  передаче спора на рассмотрение третейского суда, суд продолжает рассмотрение дела по существу, не оставляя заявление прокурора без  рассмотрения».  Это указание Пленума нуждается в комментарии. Прежде всего встает  вопрос о том, как понимать термин «публичные интересы», никак не  дефиницированный в этом Постановлении. По всей видимости, круг дел,  затрагивающих такие интересы, ограничен нормами абзацев второго и третьего  части 1 статьи 52 АПК РФ, на которые ссылается п. 4 этого Постановления  Пленума305. То есть, получается, что настаивать на рассмотрении дела  российским государственным судом, несмотря на наличие в сделке арбитражной  оговорки, прокурор может только в случае, если это сделка, совершенная  органами  государственной  власти  Российской  Федерации,  органами  государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного  самоуправления,  государственными  и  муниципальными  унитарными  предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами,  в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации,  доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных  образований. Если такому критерию, установленному абзацами вторым и третьим  части 1 статьи 52 АПК, сделка не соответствует, то возражать со ссылкой на  наличие какого-либо «публичного интереса» против передачи дела в арбитраж  прокурор не вправе. Следовательно, на сделки, заключенные сугубо частными  компаниями (без долей государственного участия) между собой п. 4 этого  Постановление Пленума № 15 не распространяется.

Но даже и с таким ограничительным комментарием пункт 4 этого  Постановления вызывает сомнение. Допустим, прокурор считает, что несмотря на  наличие в сделке арбитражной оговорки о рассмотрении споров в международном  арбитраже, дело должно слушаться в российском государственном суде, причем с  его участием. Но ссылка на то, что эта сделка нарушает какой-то неведомый  «публичный интерес» (о том, что это такое, мы еще поговорим), никак не порочит  ее арбитражную оговорку, не делает ее недействительной (в силу принципа  автономности арбитражного соглашения). Более того, если  арбитражная оговорка отсылает к иностранному арбитражу, то и подчинена она  иностранному праву, применение которого никак не регулируется АПК и  Постановлениями  Пленума  ВАС  РФ.  Возникает  риск  возникновения  «параллельных» арбитражных и судебных разбирательств, что, в первую очередь, означает многократное увеличение судебно - арбитражных издержек. Кроме того, создаются предпосылки к нарушению норм п.  1 ст. 8 Закона о МКА и п. 3 ст. II Нью-Йоркской конвенции о направлении сторон  спора в арбитраж, игнорировать которые суды не вправе, даже  если этого требует Пленум ВАС. При этом за рубежом соответствующие  арбитражные решения все равно будут без помех приводиться в исполнение.  Кроме того, какими разумными доводами можно обосновать, что  международный арбитраж, рассматривая в будущем спор, вытекающий из сделки,  заключенной компанией с участием российских государственных структур, не  примет во внимание те соображения, по которым прокурор считает такую сделку  «нарушающей публичные интересы»?

Западные арбитражи очень жестко  реагируют на факты нарушения сторонами применимых к ним норм публичного  права, например, об уклонении от уплаты налогов, отмывании денежных средств,  добытых преступным путем, нарушении правил государственной службы и т.п.  Думается, что недоверие ВАС РФ к третейским судам во многом связано с тем,  что за последнее время в России было вскрыто немало мошеннических или просто недобросовестных схем, в которых так или иначе участвовали  внутренние третейские суды. Но к международным арбитражам таких претензий в  наших правоохранительных органах пока не предъявлялось. По своему опыту  отмечу, что западные арбитражи проявляют большую осторожность при  присуждении каких-либо средств правовой защиты по сделкам, которые  представляются им сомнительными.   Далее, согласно п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 15 от 23 марта  2012 года,   «Если дело, возможность обращения по которому предусмотрена в  абзацах втором и третьем части 1 статьи 52 АПК РФ, рассмотрено  третейским судом, прокурор вправе оспаривать решение третейского суда  либо возражать против его принудительного исполнения, если решение  затрагивает интересы Российской Федерации, субъекта Российской  Федерации, муниципального образования (далее - публично-правовое  образование), не участвовавших в третейском разбирательстве.» Проще всего предположить, что интересы публично-правового образования  в пункте 6 этого Постановления приравниваются к «публичным интересам»,  упомянутым в пункте 4 Постановления, но при этом никак не дефиницированным.  Исходя из здравого смысла, эти не известные ни науке, ни судебной практике  «публичные интересы» хочется приравнять к понятию «публичный порядок», с  которым наши суды хорошо знакомы. О нем подробнее речь пойдет далее,  пока же, забегая вперед, приведем пример того, как раскрывается это понятие в  современной российской судебной практике:  «Решение международного третейского суда может быть признано  противоречащим публичному порядку Российской Федерации в том случае,  если в результате его исполнения будут совершены действия либо прямо запрещенные  законом,  либо  наносящие  ущерб  суверенитету  или  безопасности государства, затрагивающие интересы больших социальных  групп,  являющиеся  несовместимыми  с  принципами  построения  экономической,  политической,  правовой  системы  государств,  затрагивающие конституционные права и свободы граждан, а также  противоречащие основным принципам гражданского законодательства,  таким как равенство участников, неприкосновенность собственности,  свободы договора».

Но в этой дефиниции, содержащейся в многочисленных судебных актах и  практически дословно повторенной в п. 1 Информационного письма № 156, никак  не затронут вопрос о том, какие предприятия (с участием государственных  структур или сугубо частные) участвуют в сделке и связанном с нею споре (а  именно такой «посубъектный» критерий положен ч. 1 ст. 52 АПК в основание  наличия у прокурора полномочий по вступлению в частный спор). Судебная  практика исходит из сопоставления последствий приведения в исполнения  решения третейского суда с основами правопорядка, публичный порядок не  может оказаться нарушенным или, наоборот, ненарушенным, в зависимости от  субъектного состава участников спора. Более того, повторим, что сам по себе  факт передачи спора в третейский суд в соответствии с арбитражной оговоркой  публичный порядок нарушить не может. Поэтому, по всей видимости под  «публичными интересами», введенными в оборот Постановлением Пленума ВАС  № 15 от 23 марта 2012 года, следует понимать не нарушение публичного порядка,  а нечто иное.  По нашему мнению, системный анализ этого Постановления влечет за  собой вывод о том, что под «публичными интересами» в п. 4 и «интересами  публично-правового образования» в п. 6 понимается не столько возможность  нарушения публичного порядка, сколько просто наличие интересов какого-либо  публично-правового образования (как оно дефиницировано в пункте 6 этого  Постановления), связанных с таким спором. Если такие интересы есть, то,  согласно данному Постановлению, прокурор будет вправе не только возражать  против направления спора из государственного суда в арбитраж со ссылкой на п.  5 ч. 1 ст. 148 АПК, но сможет еще и добиваться отказа в приведении в исполнение  или отмены уже вынесенного решения третейского суда (последнее - в том  случае, если оно вынесено на территории России). Выходит, что при применении указаний этого Постановления Пленума ВАС  № 15 от 23 марта 2012 г. о возможности участия прокурора в деле, в отношении  которого существует арбитражная оговорка, следует руководствоваться сугубо  механическим, «посубъектным» составом лиц, потенциально имеющих отношение  к спору, но никак не собственно содержанием договора и текстом приводимого в  исполнение или оспариваемого арбитражного решения. Причем следует  принимать во внимание не только прямое участие публично-правовых  образований в сделке (п. 4 Постановления № 15), но и ситуацию, в которой  гипотетически могут быть «затронуты интересы» таких образований, в сделке не  участвующих (п. 6). Исходя из степени огосударствления современной российской  экономики, все это серьезно ограничивает доверие иностранных компаний к  российским партнерам.

Кроме того, такая аморфная формулировка не  соответствует ограничительному подходу к основаниям для отказа в приведении в  исполнение или отмены решения международного арбитража, закрепленным в  статье V Конвенции и статьях 34 и 36 Закона о МКА. Отметим, что принятие этого Постановления Пленума ВАС РФ от 23  марта 2012 года № 15 должно рассматриваться иностранными компаниями как  создающее серьезные дополнительные риски, связанные с рассмотрением в  международных арбитражах споров по сделкам с участием российских публично- правовых образований, и потенциально влекущее за собой предпосылки к  нарушению обязательств Российской Федерации в рамках Нью-Йоркской  конвенции и отступлению от стандартов Типового закона ЮНСИТРАЛ. 



Международный суд Иные услуги Практика
Наши цены Вас приятно удивят: подача иска в суд всего 8 500 рублей.
Консультация по любым вопросам абсолютно бесплатно!
Более 1 200 лет назад люди придумали цивилизованный способ разрешения споров, избегая насилия и варварства, защищая свои права и интересы, вот и по сей день институт правосудия становится все более актуальным.

Юристы нашего Центра накопили значительный опыт в разрешении проблем российского и зарубежного правового характера, всегда готовы помочь Вам в этом.
Отзывы и предложения ...