На главную Консультация Подать иск Подать жалобу Выезд юриста Форум
Регистрация ООО Регистрация ЗАО Регистрация АО Регистрация ИП Иностранное ЮЛ
Работа юристам О компании Контакты Карта сайта
ОБЩЕРОССИЙСКИЙ  ЦЕНТР  ПРАВОВОЙ  ПОДДЕРЖКИ



Рейтинг@Mail.ru
Яндекс.Метрика
Общероссийский центр правовой поддерки
Россия / Москва
Российская Федерация и международный суд ООН.
Концепция «ответственность за защиту» возникла относительно недавно, однако уже успела оказать существенное влияние  на современные международные отношения. Более того, концепция имеет важное международно-правовое значение, так как  именно она в последнее время используется для легитимации неоднозначных событий, происходящих в настоящий момент на  Ближнем Востоке. Концепция «ответственность за защиту» стала  примером того, как, на первый взгляд, безобидный термин, может  послужить оправданием серьезных правовых нарушений.  Необходимо отметить, что данная концепция не только возникла на Западе, но и изучается преимущественно западными специалистами, хотя история показала, что положения концепции уже  достаточно прочно вошли в терминологическую базу миротворчества Организации Объединенных Наций, что напрямую затрагивает интересы Российской Федерации как постоянного члена Совета  Безопасности ООН. Более того, за последние три года в Европе и  США вышло около восьми больших монографий, полностью по  138 священных проблеме «встраивания» указанной концепции в систему современного международного права.  Концепция «ответственность за защиту» возникла более десяти лет назад. Ее непосредственным автором стал бывший министр  иностранных дел Австралии Гаррет Эванс, который в 2002 г. впервые сформулировал идею о том, что необходимо постепенно заменить формулировку «право на вмешательство» понятием «ответственность за защиту» (responsibility to protect): «дискуссию о необходимости вмешательства / невмешательства в дела суверенной  страны на основании нарушения там прав человека, даже если это  сугубо внутренние дела этой страны, необходимо вести в другом  русле. Надо переименовать формулировку «право на вмешательство» в формулировку «ответственность за защиту».  

Необходимо отметить, что Г. Эванс является сопредседателем  международного консультативного совета Глобального центра ответственности за защиту, который уже имеет несколько подразделений по всему миру и ведет активную деятельность на Ближнем  Востоке, в Азии и в Северной Африке3. В 2001 г. Г. Эванс вместе  со Специальным советником Генерального секретаря ООН Мохаммедом Сахнуном опубликовали доклад «Ответственность за  защиту», согласно которому существует «опасная брешь» между  страданиями людей и принципом невмешательства в дела, по существу входящие во внутреннюю компетенцию государств, соответственно было предложено заменить данный принцип новым принципом международного права, принципом «ответственности  за защиту», который обязывал бы международное сообщество  вмешиваться в дела других государств с целью предотвращения  или прекращения гуманитарных кризисов. Согласно докладу комиссии Эванса - Сахнуна, ответственность за защиту своих граждан, в первую очередь, лежит на властях самого государства. Однако, если государство не выполняет ее, то, во вторую очередь,  функция ответственности, принадлежит международному сообществу. При этом суверенитет рассматривался как то, что лишь препятствует выполнению ответственности, «возложенной» на международное сообщество. Таким образом, «в тех случаях, когда населению наносится серьезный ущерб в результате гражданской  войны, мятежа, репрессий или недееспособности государства, а  само это государство не хочет или неспособно остановить или  предотвратить нанесение такого ущерба, то принцип невмешательства отступает перед международной ответственностью за защиту».

Анализируя события «арабских весен» последних двух  лет, можно констатировать, что принцип с успехом применяется  на практике.  Тезис о неспособности ООН выполнять миротворческие  функции звучит уже не первое десятилетие, именно поэтому «руководство Организации озабочено поиском новых концепций и  направлений своей деятельности, способных вернуть ей прежний  вес в решении международных проблем»2. Но дело даже не в том,  что концепция «ответственности за защиту» является удобным  правовым обоснованием определенных аспектов миротворческой  деятельности ООН, а в том, каково содержание данной концепции.  

В настоящее время концепция «ответственности за защиту»  представляет собой набор принципов, основанных на идее, что «суверенитет - это не привилегия, а ответственность». Концепция базируется на ряде документов, на основании анализа которых  можно выделить три основных составляющих концепции:   - государства обязаны защищать население от геноцида, военных преступлений, преступлений против человечности и этнических чисток;   - если государство не в состоянии обеспечить вышеуказанные  условия, международное сообщество обязано помочь такому государству, путем использования методов раннего предупреждения,  обеспечения переговоров между политическими партиями, укрепления безопасности, мобилизации военных сил, и многих других  действий;  - если государство не в состоянии защитить своих граждан, и  мирные средства не действенны, международное сообщество несет  ответственность за вмешательство сначала дипломатическими  способами, а затем, в качестве крайней меры, с использованием  вооруженных сил.  Отсылка к концепции «ответственности за защиту» содержится в выступлениях Генерального Секретаря ООН Пан Ги Муна,  посвященных конфликтам в Ливии и Сирии. Оба конфликта крайне неоднозначно оцениваются международным сообществом, при этом ситуация, сложившаяся в Ливии, несмотря на наличие резолюции Совета Безопасности, по форме фактически представляет  собой «гуманитарную интервенцию» - термин, неоднократно  дискутируемый в 2000-х гг., так как период с 1990 по 2000 г. был  справедливо назван «десятилетие гуманитарных интервенций».  

В последние несколько лет вместо понятия «гуманитарной интервенции» все чаще используется понятие «ответственности за защиту». Доктор юридических наук В.С. Котляр еще в 2005 г. писал о том, что концепция «ответственность за защиту» представляет собой проект кодекса проведения гуманитарных интервенций,  причем интервенций, которым придана определенная степень легитимности за счет того, что концепция поддерживается на уровне  Секретариата ООН. Сегодня можно констатировать, что концепция действительно стала представлять собой механизм вмешательства во внутренние дела суверенных государств с использованием  миротворческого ресурса ООН.  Одним из последствий активного внедрения концепции «ответственность за защиту» стало появление понятия «гуманитарного неоколониализма», что, на первый взгляд, достаточно синонимично понятию «гуманитарной интервенции», однако гораздо более точно отражает суть явления, а именно вмешательства отдельных государств в дела, по существу относящиеся к внутренней  компетенции государств.  Необходимо отметить, что авторы концепции «ответственность за защиту», в частности, Г. Эванс, находят для концепции  достаточно избирательное применение.

Так, именно Г. Эванс выступил с критикой позиции России по отношению к Грузии в 2008 г.,  хотя формально ситуация подходила под случаи, указанные в концепции. «Начнем с того, что первостепенным основанием вмешательства, по словам всех российских лидеров, была “защита российских граждан”. Но это не является основанием, когда возникает  ответственность по защите. Доктрина ответственности по защите  гласит, что суверенное государство обязано защищать население  на своей собственной территории, а другие государства обязаны  вмешиваться, принимая уместные меры, если первое государство  не способно или не желает этого делать. Она не затрагивает вопроса об открытых действиях некоего государства, предпринимаемых  для защиты его граждан за пределами его собственной территории».

Однако, в таком случае действия Российской Федерации  можно обосновать тем, что она защищала не только свое население, но и население Южной Осетии и Абхазии, которое грузинское  государство было не в состоянии защитить. На этот случай у  Г. Эванса также есть удобное объяснение: «Россия не привела  убедительных доказательств того, что угроза населению Южной  Осетии, исходившая от грузинской стороны, ввиду своего характера и масштабов узаконивала применение военной силы российской стороной».

Однако в период начала операции в Ливии, основанной все на той же концепции «ответственность за защиту», как  известно, никаких «убедительных доказательств» неправомерного  воздействия ливийских властей на ливийское население не было  предоставлено. Кроме того, содержание понятия «масштаб угрозы» является настолько неопределенным, что его можно трактовать как угодно и как удобно. Например, Г. Эванс вводит пять  критериев, соответствие любому из которых допускает вмешательство в дела суверенных государств, а именно «степень серьезности угрозы», «первостепенная цель ответных мер», «применение  военной силы лишь в качестве крайнего средства», «пропорциональность ответных действий» и, наконец, самое спорное -  должно быть очевидно, что «интервенция принесет больше пользы, чем вреда». Можно констатировать, что критерии являются  еще более абстрактными и неопределенными, чем сама концепция  «ответственность за защиту».  Таким образом, очевидно, что концепцию «ответственности за  защиту» можно смело применять практически в любой ситуации,  так как она настолько «гибкая», что ею можно объяснить практически любое вмешательство в дела суверенных государств, причем  на легитимных основаниях. Более того, события последних лет  показывают, что, поскольку концепция разрабатывалась западными учеными, она с успехом применяется для правового обоснования тех случаев вмешательства, которые инициированы или санкционированы Западом.

В тех случаях, когда процессы происходят  без участия Запада, концепция, напротив, не находит своего применения.  Активное внедрение концепции «ответственность за защиту»  западными учеными и политиками привело к тому, что понятие  «интервенция» стало пониматься не в однозначно негативном  ключе, а, наоборот, в положительном смысле, что Г. Эванс с полным правом считает «успехом»: «Кульминацией этого успеха стали интервенции, невообразимые еще 10 лет назад, которые в этом  году одобрил Совет Безопасности ООН, чтобы прекратить развитие катастроф в области прав человека в Кот д’Ивуаре и Ливии».  При этом необходимо отметить, что операция в Ливии стала одной  из самых неоднозначно оцениваемых международным сообществом операций, так как очевидно, что ее побудительным мотивом  была потребность Запада в реализации собственных внешнеполитических интересов, оставаясь при этом формально в рамках мандата Совета Безопасности, хотя можно констатировать, что многие  действия стран НАТО в этой операции выходили далеко за пределы резолюции Совета Безопасности ООН 1973. Вот что по поводу  явного превышения полномочий странами НАТО говорит  Г. Эванс, непосредственный автор концепции «ответственность за  защиту»: «Хотя осуществляемая НАТО интервенция в Ливии широко критиковалась за то, что НАТО превысила свой ограниченный мандат, основные дебаты в Ассамблее ООН в июле 2011 г.  вновь подтвердили подавляющую поддержку среди государствчленов ООН концепции RtoP во всех ее направлениях. Споры теперь ведутся не в отношении самого принципа, а относительно  того, как его применять».

Таким образом, очевидно, что на Западе  концепция воспринимается не просто как теоретическая разработка, но и как прямое руководство к действию.  В качестве дополнительного аргумента для необходимости  внедрения концепции «ответственность за защиту» указывается  также то, что международное право должно «идти в ногу» с международными отношениями, поэтому концепция «ответственность  за защиту» преподносится как концепция, отвечающая современным реалиям: «Устав ООН датируется 1945 г., Всеобщая декларация прав человека - 1948 г., … и все остальные важнейшие документы, составляющие основу современного международного права, были изданы в последующие пятьдесят лет.

Первое десятилетие XXI в. стало десятилетием «ответственности за защиту». Таким образом, если Российская Федерация не будет выражать свою позицию по данной концепции более четко, или же не  будет вводить собственные критерии применения данной концепции, отвечающие внешнеполитическим интересам Российской Федерации, концепция «ответственность за защиту» вполне может  претендовать на то, чтобы стать новым принципом международного права.



Международный суд Иные услуги Практика
Наши цены Вас приятно удивят: подача иска в суд всего 8 500 рублей.
Консультация по любым вопросам абсолютно бесплатно!
Более 1 200 лет назад люди придумали цивилизованный способ разрешения споров, избегая насилия и варварства, защищая свои права и интересы, вот и по сей день институт правосудия становится все более актуальным.

Юристы нашего Центра накопили значительный опыт в разрешении проблем российского и зарубежного правового характера, всегда готовы помочь Вам в этом.
Отзывы и предложения ...