На главную Консультация Подать иск Подать жалобу Выезд юриста Форум
Регистрация ООО Регистрация ЗАО Регистрация АО Регистрация ИП Иностранное ЮЛ
Работа юристам О компании Контакты Карта сайта
ОБЩЕРОССИЙСКИЙ  ЦЕНТР  ПРАВОВОЙ  ПОДДЕРЖКИ



Рейтинг@Mail.ru
Яндекс.Метрика
Общероссийский центр правовой поддерки
Россия / Москва
Арбитражное соглашение ( Арбитражная / Третейская оговорка )
Подробно: Форма арбитражного соглашения.
Российское законодательство (представленное Законом о МКА и собственно Нью- Йоркской и Европейской конвенциями) содержит только одно требование к форме  арбитражного соглашения: такое соглашение должно быть заключено в письменной  форме. Кроме того, в Конвенции предусмотрены две возможные формы фиксации  арбитражного соглашения: в договоре и в отдельном соглашении о передаче спора на  рассмотрение арбитража, причем в отношении такого соглашения особо оговаривается,  что оно может быть как подписано сторонами, так и заключено посредством обмена  письмами или телеграммами.

Применение данной нормы Конвенции на практике вызывало немало трудностей.  Отчасти эти трудности были связаны с лаконичностью формулировки, использованной в  Конвенции, но в большей степени они явились следствием противоречия между темпами  развития современных средств связи и возникновения все новых форм ведения деловой  документации, с одной стороны, и консерватизмом юридического подхода к закреплению  волеизъявления участников гражданского оборота - с другой. Чаще всего проблемы  возникают не при ответе на вопрос «что подписали?», а при ответе на вопросы «как  подписали» и «кто подписал»?  Если одна из сторон отказывается признать, что она когда-либо заключала  арбитражное соглашение, а другая сторона не может противопоставить такому заявлению  единый письменный документ, снабженный подписями всех участников спора (заметим,  что по мере развития средств коммуникаций, по причинам, не связанным с  юриспруденцией, такие документы в современном деловом обороте составляются все  реже и реже), то арбитры (и государственные судьи) должны будут исследовать  переписку, которая имела место между сторонами.  На практике к письмам и телеграммам, упомянутым в ст. II Конвенции, уже давно  приравняли телексы, телетайпы и «иные средства электросвязи», что было предусмотрено  еще подп. «а» п. 2 ст. I Европейской конвенции. Важно, что совершенно необязательно,  чтобы ответ на предложение об арбитражном рассмотрении спора был получен в форме  четко выраженного согласия с именно таким предложением или в форме акцепта всех  предложений, сделанных контрагентом в соответствующем письме. Известен прецедент,  когда ответ в форме назначения арбитра согласно предложенному регламенту был  признан соответствующим Конвенции.

В этом случае, правда, есть проблема, связанная  с тем, что одни и те же факты, истолкованные арбитрами как доказательство достижения  арбитражного соглашения, могут быть иначе истолкованы национальным судом, в  который стороны могут обратиться для приведения в исполнение арбитражного решения,  но это будет уже вопрос интерпретации не ст. II, а ст. IV и V Конвенции.  Примером того, как арбитры и государственный суд по-разному оценивают одну и  ту же переписку, может послужить Постановление ФАС МО, отменившее Определение  Арбитражного суда Московской области, в свою очередь отменившего решение международного арбитража, вынесенное в России. Вот цитата из судебного акта  кассационной инстанции:  «Кассационная инстанция также не может признать обоснованными и  сделанными при правильном применении права выводы суда [Арбитражного суда  Московской области. - Б.К.] относительно отсутствия арбитражного соглашения  между «Imanagament Services Ltd.» и Компании «Cukurova Holding AS». Как следует  из обжалуемого определения, суд пришел к данному выводу на основании того, что  единого документа, составленного в письменной форме и подписанного сторонами,  суду не представлено, как не представлено и текста договора, предусматривающего  взаимные обязательства сторон и применимое право. Представленные сторонами  факсимильные сообщения признаны судом недопустимыми доказательствами в  смысле ст. ст. 71, 75 АПК РФ. Вследствие этого суд пришел к заключению как на  основании ст. 7 ФЗ «О третейских судах», так и требований ст. ст. 1, 7 Закона «О  международном коммерческом арбитраже» о том, что оснований для передачи спора  на рассмотрение третейского суда не имеется.  Вместе с тем, п. 1 ст. 7 Закона «О международном коммерческом арбитраже»  определено, что арбитражное соглашение - это соглашение сторон о передаче в  арбитраж всех или определенных споров, которые возникли или могут возникнуть  между ними в связи с каким-либо конкретным правоотношением, независимо от  того, носило оно договорный характер или нет. 

В пункте 2 статьи 7 Закона «О международном коммерческом арбитраже»  предусматривается, что арбитражное соглашение заключается в письменной форме,  при этом соглашение считается заключенным в письменной форме и в том числе,  если оно заключено путем обмена письмами, сообщениями по телетайпу, телеграфу  или с использованием иных средств электросвязи, либо путем обмена исковым  заявлением и отзывом на иск.  В данном случае при оценке документов, представленных в виде доказательств  наличия арбитражного соглашения между иностранными организациями, суд  руководствовался требованиями российского процессуального закона без учета  специальных норм Закона «О международном коммерческом арбитраже»,  определяющих требования к форме арбитражного соглашения и сложившейся в этих вопросах международной практике, основанной на общепринятых принципах  права».

Как мы видим из этого примера, еще не все судьи государственных арбитражных  судов понимают, что требования п. 1 ст. 7 Закона о МКА к форме фиксации арбитражного  соглашения не должны оцениваться по критериям ст. 75 АПК. В самом деле, эта статья  АПК касается доказательств, исследуемых государственным арбитражным судом только в  процессе рассмотрения подсудного ему спора по существу. При анализе наличия  арбитражного соглашения следует пользоваться нормой ст. 7 Закона о МКА, гораздо  менее требовательной к оформлению документов.  Обмен письмами, телеграммами и другой корреспонденцией как средство фиксации  арбитражного соглашения породил также вопрос о том, должен ли получатель возвращать  корреспонденцию, содержащую предложение об арбитражном методе урегулирования  спора, ее отправителю с отметкой о согласии с данным предложением, или же достаточно,  чтобы получатель такой корреспонденции в дальнейшем просто сослался на нее в каком- либо своем письме (факсе, телексе и т.п.). Эту проблему суды решают по-разному, суды в  странах, где арбитраж пользуется государственной поддержкой, решают этот вопрос  либерально, суды стран, настороженно относящихся к арбитражу - консервативно.  Поэтому во избежание возникновения спора о заключении арбитражного соглашения (а  равно и во избежание трудностей, связанных с исполнением предписаний ст. IV  Конвенции сторонам следует настаивать на получении от контрагента  письменного заявления, недвусмысленно одобряющего либо арбитражное соглашение,  либо весь документ, в состав которого была включена арбитражная оговорка. 

Есть еще одна проблема, связанная с формой фиксации арбитражного соглашения:  телексы и телетайпы (почти вышедшие из употребления в XXI в.) и сообщения,  передаваемые по электронной почте без использования электронной цифровой подписи,  не содержат собственно росписи (автографа) лица, от имени которого отправляется сообщение. Следует обратить внимание, что в ст. II Конвенции говорится о  «письменном», а не о «подписанном» соглашении, поэтому авторитетные комментаторы  обоснованно полагают, что, если арбитражное соглашение содержится в документе, в  котором подпись выполнена машинописным способом, а не проставлена от руки, такое  соглашение будет тем не менее действительно с точки зрения соответствия требованиям  Конвенции. В случае оспаривания факта аутентичности такой подписи заинтересованная  сторона сможет сослаться на другую корреспонденцию и даже на свидетельские  показания для того, чтобы доказать признание лицом, чья подпись была напечатана под  документом, содержащим арбитражное соглашение, правовых последствий, вытекающих  из такого документа. 

Теперь обратимся к фиксации арбитражного соглашения путем совершения в  процессе разбирательства конклюдентных действий. Отметим, что в соответствии с п. 2  ст. 7 Типового закона ЮНСИТРАЛ (и российского Закона о МКА) арбитражное  соглашение считается заключенным в письменной форме, если оно закреплено «путем  обмена исковым заявлением и отзывом на иск, в которых одна из сторон утверждает о  наличии соглашения, а другая против этого не возражает». Следовательно, если ответчик  оспаривает юрисдикцию арбитров по причине отсутствия арбитражного соглашения, он  должен это сделать в отзыве на иск до обсуждения существа иска, в противном случае  само его участие в арбитражном разбирательстве приведет к утрате права на оспаривание  юрисдикции арбитров в связи с отсутствием арбитражного соглашения. Такой подход  обсуждался и был поддержан в Постановлении Президиума ВС РФ от 24 ноября 1999 г.87  и в практике ВАС РФ. Аналогичная норма содержится в законодательстве многих  государств, в том числе тех, чьи законы о международном коммерческом арбитраже не  следуют форме Типового закона ЮНСИТРАЛ, и в различных популярных арбитражных  регламентах. Приведем пример из судебной практики.

ОАО  «Ашинский химический завод»,  проиграв  дело  в международном  коммерческом арбитраже, добивалось отмены решения МКАС при ТПП РФ от 30 июня  2009 г. по делу № 11/2009 по иску FRP SERVICES & COMPANY. В качестве основного  аргумента ОАО «Ашинский химический завод» указало, что   «...между Истцом и Ответчиком не был заключен контракт № ВА 38/1/07 от 03  июля 2008 г. в виде единого подписанного сторонами документа. Стороны  располагали только копиями электронного документа, которые истец представил в  суд. Следовательно, стороны не согласовали основные условия договора, в том числе  и условие о третейской оговорке... Последующее удостоверение верности факсовых  копий контракта не привело к заключению сторонами договора поставки, а  свидетельствовало лишь об удостоверении копии...»  Эти аргументы были отвергнуты Арбитражным судом г. Москвы и ФАС МО со  следующим комментарием:  «третейское соглашение должно быть заключено в письменной форме, т.е.  содержаться в документе, подписанном сторонами, либо заключено путем обмена  письмами, сообщениями по телетайпу, телеграфу или с использованием других  средств электронной или иной связи, обеспечивающих фиксацию такого соглашения. 

В силу изложенного суд первой инстанции, принимая во внимание то, что о  компетенции МКАС при ТПП РФ на рассмотрение спора заявлено FRP SERVICES &  COMPANY было в исковом заявлении от 20 января 2009 г. и в отзыве на исковое  заявление ОАО «Ашинский химический завод» возражений относительно  подсудности данного спора МКАС при ТПП также не заявил [выделено мною. -  Б.К.], обоснованно пришел к выводу о том, что МКАС при ТПП был компетентен  рассматривать соответствующий спор между ОАО «Ашинский химический завод» и  FRP SERVICES & COMPANY (так как установил, что арбитражное соглашение  сторон соответствовало требованиям действующего законодательства, т.е. стороны  выразили свою волю на рассмотрение спора в соответствии с положениями Закона  «О международном коммерческом арбитраже» на рассмотрение их спора именно  МКАС при ТПП)».  Из этого судебного акта видно, что государственные арбитражные суды в случае  сомнений в наличии арбитражного соглашения, зафиксированного в подписанном  сторонами договоре, придают большое значение поведению ответчика в процессе разбирательства: если ответчик не выдвинул возражений против компетенции состава  арбитража до того, как им были представлены аргументы по существу дела, он тем самым  своими действиями создал действительное арбитражное соглашение, соответствующее  правилам п. 2 ст. 7 Закона о МКА. 

Не встретило особых осложнений на практике признание соблюдения надлежащей  формы арбитражного соглашения в случае подписания документа, содержащего всего  лишь отсылку к другому документу, включающему в себя текст арбитражного  соглашения или ссылку на какой-либо арбитражный регламент. Такая практика хорошо  согласуется с Типовым законом ЮНСИТРАЛ (п. 2 ст. 7), где содержится еще одна норма,  дополняющая дефиницию арбитражного соглашения, приведенную в Конвенции.

В этом  пункте указано, что «ссылка в договоре на документ, содержащий арбитражную оговорку,  является арбитражным соглашением при условии, что договор заключен в письменной  форме и данная ссылка такова, что делает упомянутую оговорку частью договора».  Данная норма появилась вследствие широко распространенной практики заключения  договоров по типовым образцам, отсылающим стороны для разрешения многих  технических и правовых вопросов к стандартным условиям, рекомендованным для  использования в той или иной области бизнеса различными профессиональными  организациями. Хотя далеко не во всех государствах - участниках Конвенции было  принято национальное законодательство на базе Типового закона ЮНСИТРАЛ,  всемирная практика идет по пути признания арбитражных оговорок, заключенных  посредством отсылки к документу, содержащему такую оговорку.  Несмотря на кажущуюся простоту, вопрос о форме фиксации согласия  стороны на проведение арбитража не может считаться разрешенным Конвенцией  раз и навсегда. На заседаниях рабочей группы по арбитражу в рамках 33-й сессии  ЮНСИТРАЛ, прошедшей в Вене с 20 ноября по 1 декабря 2000 г., и 34-й сессии  ЮНСИТРАЛ, прошедшей в Нью-Йорке с 21 мая по 1 июня 2001 г., понимая  проблематичность внесения изменений в текст Конвенции, эксперты предложили  подготовить специальный документ по толкованию п. 2 ст. II Конвенции,  закрепляющий максимально широкое толкование нормы о форме арбитражного  соглашения. В этом документе было предложено отразить признание  действительности  арбитражных  соглашений,  заключенных  в  договорах, оформленных с соответствии с требованиями Типового закона ЮНСИТРАЛ «Об  электронных  подписях»,  т.е.  путем  обмена  по  электронной  почте  корреспонденцией,  снабженной  надлежаще  оформленными  электронными  цифровыми подписями уполномоченных лиц.  В результате, после нескольких лет напряженной работы на 39-й сессии  ЮНСИТРАЛ, прошедшей в Нью-Йорке с 19 июня по 7 июля 2006 г., были приняты  изменения и дополнения к Типовому закону ЮНСИТРАЛ, а также Рекомендация  относительно толкования п. 2 ст. II и п. 1 ст. VII Нью-Йоркской конвенции.

Сутью  предложенных мер в отношении формы фиксации арбитражного соглашения  была рекомендация, направленная не на изменение официального текста  Конвенции (принимая во внимание огромное количество участвующих в ней  государств, формальная ратификация ими поправок могла бы затянуться на  десятилетия и вызвать сложности, связанные с «параллельным» существованием  нескольких редакций Конвенции), а на максимально широкое толкование  действующего текста ст. II95, особенно с учетом правил ст. VII, позволяющих  применять в рамках Конвенции нормы национального права, более выгодные для  стороны, в чью пользу было вынесено арбитражное решение, нежели нормы  самой Конвенции.  Такой подход совершенно оправдан с учетом того, что во многих странах и  так уже приняты и действуют национальные законы, допускающие заключение  арбитражных соглашений в форме, не предполагающей их фиксацию на  читаемых носителях, и исполнение арбитражных решений без предъявления  подлинника арбитражного соглашения или его заверенной копии, как это  предусмотрено ст. IV Конвенции. Для более консервативно настроенных стран целесообразно включение в их национальные законы об арбитраже первого  варианта изменений формулировки ст. 7 Типового закона ЮНСИТРАЛ. 

Впрочем, даже если арбитры согласятся считать электронные подписи  доказательством соглашения сторон о разрешении споров посредством  проведения арбитража и ответчик не будет выдвигать никаких возражений против  юрисдикции арбитража, то все равно привести арбитражное решение в  исполнение  будет  непросто  ввиду  отсутствия  у  сторон  документов,  предусмотренных в подп. «b» п. 1 ст. IV Конвенции, в число которых входит  подлинник  или  надлежащим  образом  заверенная  копия  арбитражного  соглашения. Уже известен случай, когда норвежский суд в 1999 г. отказал в  исполнении арбитражного решения ввиду того, что арбитражное соглашение не  было зафиксировано консервативным способом98, а национальный закон  Норвегии, имплементирующий Конвенцию, на тот момент не содержал «более  выгодной нормы», позволяющей признавать и приводить в исполнение  арбитражное решение, не предъявив суду оригинал или копию арбитражного  соглашения.

«Вариант I Статья 7. Определение и форма арбитражного соглашения 
1. «Арбитражное соглашение» - это соглашение сторон о передаче в арбитраж всех или определенных  споров, которые возникли или могут возникнуть между ними в связи с каким-либо конкретным  правоотношением, независимо от того, носит ли оно договорный характер или нет. Арбитражное  соглашение может быть заключено в виде арбитражной оговорки в договоре или в виде отдельного  соглашения. 
2. Арбитражное соглашение заключается в письменной форме. 
3. Арбитражное соглашение считается заключенным в письменной форме, если его содержание  зафиксировано в какой-либо форме, независимо от того, заключено ли арбитражное соглашение или  договор или нет в устной форме, на основании поведения сторон или с помощью других средств. 
4. Требование о заключении арбитражного соглашения в письменной форме удовлетворяется электронным  сообщением, если содержащаяся в нем информация является доступной для ее последующего  использования; «электронное сообщение» означает любое сообщение, которое стороны передают с  помощью сообщений данных; «сообщение данных» означает информацию, подготовленную, отправленную,  полученную или хранимую с помощью электронных, магнитных, оптических или аналогичных средств,  включая электронный обмен данными (ЭДИ), электронную почту, телеграмму, телекс или телефакс, но не  ограничиваясь ими. 
5. Кроме того, арбитражное соглашение считается заключенным в письменной форме, если оно заключается  путем обмена исковым заявлением и отзывом на иск, в которых одна из сторон утверждает о наличии  соглашения, а другая против этого не возражает.  6. Ссылка в договоре на какой-либо документ, содержащий арбитражную оговорку, представляет собой  арбитражное соглашение в письменной форме при условии, что данная ссылка такова, что делает  упомянутую оговорку частью договора». Статьи Типового закона ЮНСИТРАЛ о международном торговом  арбитраже, пересмотренные и утвержденные на 39-й сессии ЮНСИТРАЛ, прошедшей в Нью-Йорке с 19 июня  по 7 июля 2006 года.

Таким образом, до внесения в Конвенцию изменений, отражающих реалии  распространения электронной коммерции (что вряд ли произойдет в обозримом будущем),  и до внесения изменений в российский Закон о МКА в соответствии с одним из двух  вариантов формулировки ст. 7, предложенных ЮНСИТРАЛ в 2006 г., в отношениях с  российскими компаниями существует настоятельная необходимость в закреплении  арбитражного соглашения на бумаге или с помощью обычных средств связи,  фиксирующих направление и получение корреспонденции; без этого разрешение споров  международным арбитражем и исполнение решений международных арбитражей с  участием российских компаний могут натолкнуться на серьезные трудности. Можно  попытаться обойти эту проблему посредством заключения специальных арбитражных  соглашений уже после возникновения спора (что, кстати, прямо предусмотрено п. 6 ч. 1  ст. 148 АПК), но это возможно только при условии полной добросовестности обеих  сторон спора, не пытающихся оспорить компетенцию арбитров по рассмотрению спора.  Например, МКАС при ТПП РФ скорее всего откажется от разрешения спора, если  стороны не придут к письменной фиксации арбитражного соглашения.  Тем не менее вектор развития международного законодательства и арбитражной  практики очевиден: такое развитие идет по пути отказа от необходимости письменной  фиксации арбитражного соглашения.

Требование о необходимости письменного  закрепления такого соглашения уже исчезло из Арбитражного регламента ЮНСИТРАЛ в  его редакции 2010 г. (см. подп. «c» и «d» п. 3 ст. 3)100, Арбитражного регламента МТП  2012 г. (см. ст. 6), не настаивает на нем и статья 2 Регламента ТПС в редакции,  вступившей в силу с 1 января 2010 г. Не требуется предъявлять арбитражное соглашение  или его копию при обращении к принудительному исполнению арбитражного решения на  территории Франции, Швеции и Норвегии.


Международный суд Иные услуги Практика
Наши цены Вас приятно удивят: подача иска в суд всего 8 500 рублей.
Консультация по любым вопросам абсолютно бесплатно!
Более 1 200 лет назад люди придумали цивилизованный способ разрешения споров, избегая насилия и варварства, защищая свои права и интересы, вот и по сей день институт правосудия становится все более актуальным.

Юристы нашего Центра накопили значительный опыт в разрешении проблем российского и зарубежного правового характера, всегда готовы помочь Вам в этом.
Отзывы и предложения ...